Рожденный для сцены

Рожденный для сцены

В ряду театральных грандов, связанных с Курским краем, одним из первых по праву стоит имя Николая Рыбакова – универсального лицедея, способного воплотить на сцене любой образ – от принца Датского до судьи Ляпкина-Тяпкина и попечителя богоугодных заведений Земляники.

«…А вот здесь лежит человек, которому при жизни досталось триумфов, аплодисментов и лавров больше, чем самому Цезарю! А он был просто актер. Его звали Николаем Хрисанфовичем Рыбаковым. Гамлет: Это могила Рыбакова? Могильщик: Сегодня ровно 25 лет, как он умер. Забавный был старик. О нем уцелела масса анекдотов. Он был удивительно необразован. Вздумалось ему как-то играть Людовика Одиннадцатого в усах. Один из поклонников ему и говорит: «Позвольте, Николай Хрисанфович, почему?» Рыбаков оглядел его в высокой степени презрительно с ног до головы: «А ты почему знаешь, какой он из себя был? Может, никакого и Людовика-то не было! Так только! Пьеса одна!» (Хихикает). А в другой раз как-то актер стал при Рыбакове жаловаться на тяжелое актерское житье. Старик и раскипятился: «Какое там тяжелое житье? Везде понастроили железных дорог, – не заплатили денег в одном городе – иди в другой. По рельсам прямехонько! А прежде бывало. Не заплатили мне раз в Рыбинске, – я в Астрахань и пошел. Да чтоб с дороги не сбиться, все берегом Волги и шел. А ты карту России когда видал? Я видел раз. Так она, Волга-то матушка, такие вавилоны делает, – испугаешься! А теперь то ли дело, – железные дороги. Для актера удобство большое: идет прямо и смело, полверсты крюка не сделает!» Вот какой был старик. А то еще раз… Гамлет: Довольно! (1-му актеру). Я знал его, мой друг. «На сцене он был принц, плакал моими слезами и любил бедную Офелию, как сорок тысяч братьев любить не могут!»…» В этом небольшом отрывке из вышедшей в 1901 году книги Власа Дорошевича весь Рыбаков – великий актер на сцене и большой оригинал в жизни.

Театр на роду

Николай Хрисанфович родился 7 (19) мая 1811 года в Курске. Отец его служил управляющим имениями помещиков Вельяминовых, но умер когда будущему артисту едва исполнилось три года. После утраты кормильца матери Николая пришлось открыть белошвейную мастерскую и дамский магазин, что позволило кое-как сводить концы с концами. Здесь же постигались азы актерского мастерства – любознательный мальчуган часто захаживал в мастерскую и наблюдал за посетителями, подражая затем их манерам. В десятилетнем возрасте Николая отдали на обучение в губернскую прогимназию, которую он окончил спустя четыре года – в 1825 году. Во время обучения Рыбаков впервые попал в театр – на старинную мелодраму «Пустынник с острова Фромантеро» – и понял, что это про него и для него. По окончании гимназии он поступил на службу в курскую казенную палату, с явной неохотой влившись в чиновничью среду. Его натуру совершенно не устраивала на много лет расписанная жизнь, состоявшая из переписки бумаг и пресмыкательством перед начальством. Мысли о театре не покидали его. Для того чтобы иметь возможность посещать спектакли, Николай обратился к содержателю курского театра Штейну и заключил с ним соглашение: за бесплатное право смотреть представления он обязался тоже бесплатно участвовать в массовках. Театральный дебют Николая Рыбакова состоялся 5 февраля 1826 года в водевиле Федорова «Чудные встречи, или Суматоха на маскараде», где он сыграл совсем маленькую роль. Однако отнесся к этому со всей ответственностью, что и предопределило дальнейшую его судьбу: ему стали давать все новые и новые небольшие роли. По-прежнему совершенно бесплатно. Гамлет по жизни

Так продолжалось до 1829 года, когда театр Штейна отправился на длительные гастроли в Киев. Рыбаков принял воистину «гамлетовское» решение – он оставляет службу чиновника и полностью посвящает себя театру. Однако Штейн не спешил давать молодому артисту значимых ролей, как будто не замечая его таланта. Поэтому когда в начале зимы 1832 года труппа раскололась на две части, Рыбаков оказался на стороне Людвига Млотковского – и не прогадал, поскольку с этого начался расцвет его артистического дарования. Именно Млотковский первым разглядел талант Рыбакова и начал давать ему значительные роли. В репертуаре труппы, обосновавшейся в Харькове, были шекспировские «Гамлет», «Отелло», «Король Лир», «Ромео и Джульетта», фонвизинский «Недоросль», гоголевские «Ревизор» и «Женитьба». На игру молодого актера обратил внимание приехавший в Харьков на гастроли великий трагик Мочалов. Так получилось, что Павел Степанович поссорился с антрепренером Млотковским и отказался играть роль Гамлета. Вот это недоразумение и оказалось «звездным билетом» для оказавшегося в нужный момент в нужном месте Рыбакова. Именно в роли Гамлета он дебютировал перед харьковской публикой. Да так удачно, что и сам Мочалов не только не рассердился, а стал всячески покровительствовать молодому дарованию. По рекомендации Мочалова Рыбаков получал ответственные роли, а уже после его смерти в 1848 году дебютировал на сцене Императорского театра в Москве, а в 1854 году – в Петербурге, в Александринском театре, в роли Гамлета. Однако найти общий язык с дирекцией Императорских театров ему не удалось, о чем сохранилось свидетельство самого Николая Хрисанфовича: «Я еще в 50-х годах хотел поступить в труппу императорских театров, и даже дебютировал и очень удачно, но потом, встретив против себя подкопы и интриги, чуть было не побил режиссера… Тогда меня призвал к себе директор театра и стал говорить мне: – По твоему таланту, говорит, я бы очень охотно принял тебя в труппу… Но я тотчас перебил его: – Прежде всего я попрошу, ваше превосходительство, отличать меня от вашего лакея и булочника – не говорить мне «ты»… Директор нахмурился и продолжал: – По таланту-то вашему я бы вас принял, но по характеру вы не годитесь: вы легко можете угодить в солдаты… Так я и остался весь свой век провинциальным артистом – Несчастливцевым!»

Гений провинциальной сцены

Он выступал в Казани, Саратове, Орле, Воронеже, Туле, Одессе, Таганроге, Николаеве, Житомире, Кишиневе и других городах и везде пользовался у публики большим успехом. Перечесть все сыгранные им роли не представляется возможным, отметим, в частности, Болотникова в «Скопине-Шуйском», Ляпкина-Тяпкина и Землянику в «Ревизоре», Президента в «Коварстве и любви» Шиллера, Неизвестного в «Параше Сибирячке» Николая Полевого, Скалозуба в «Горе от ума», царя Иоанна в «Смерти Иоанна Грозного», ну и, конечно, Гамлета, а также Лира, Отелло, Макбета, Ричарда III, Кина, Шейлока, Кориолана, Карла Моора… Особенным успехом в исполнении Рыбакова пользовался Несчастливцев из пьесы «Лес» – наверняка потому, что образ этот Александр Островский списал с самого Николая Хрисанфовича! Обратим также внимание, что на подмостках провинциальных театров он представал в тех образах, которые в Москве воплощал Павел Мочалов, а в Санкт-Петербурге – Василий Каратыгин. Вместе с Рыбаковым на сцену часто выходили его жена Паулина и сын Константин, дочь Ольга впоследствии также стала актрисой.  5 февраля 1876 года исполнилось 50 лет сценической деятельности Николая Рыбакова, и его сотоварищи – артисты Московских театров и представители Общества драматических писателей во главе с Александром Островским торжественно и тепло отпраздновали этот юбилей, почтя заслуженного артиста серебряным лавровым венком. И в том же году – 15 (27) ноября – великий лицедей умер в Тамбове. Последними словами его были: «Пора! Птенцы уже подросли и сами летают!»

Подготовил Олег Качмарский

239
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...